Евгений Писарев: «Наше время – время трагедии и фарса»

Евгений Писарев: «Наше время – время трагедии и фарса»

О МИХАИЛЕ БУЛГАКОВЕ В ТЕАТРЕ ИМ. ПУШКИНА

— Я думаю, что Булгаков сегодня — один из самых современно звучащих классиков. Он жил и творил на стыке эпох, во времена серьезных социальных изменений, и исследовал происходящее с людьми. Сегодня, когда мы тоже живем на переломе, как принято говорить — «в учебнике истории», Булгаков становится чрезвычайно актуальным.

В одном театре ставят «Бег», в другом — «Собачье сердце». Не случайно в нашем театре в этом сезоне сразу две пьесы Булгакова: «Багровый остров» и «Зойкина квартира». Они разные по стилю и содержанию, но, мне кажется, обе очень современные.

О СПЕКТАКЛЕ «БАГРОВЫЙ ОСТРОВ», КОТОРЫЙ ЕМУ ПРИШЛОСЬ ДОДЕЛЫВАТЬ ЗА УЕХАВШИМ ИЗ СТРАНЫ ФЕДОРОМ ЛЕВИНЫМ

— Ситуация, когда доделываешь за режиссером спектакль, к сожалению, для художественного руководителя не нова. Другое дело, что ты должен влезть в чужой мозг и поставить спектакль в чужих костюмах, в чужом оформлении, и вот это действительно сложно. Но мы не ищем легких путей.

Федор Левин очень увлеченно и азартно репетировал «Багровый остров», но принял решение уехать из страны, не завершив постановку, и мне пришлось это дело подхватить. Наверное, спектакль все-таки изменился: я пытался сохранить ту яркость и остроту существования, которую намечал Федор, но по возможности добавить немного грусти и человечности. Хотя «Багровый остров» — это, по сути, фельетон, в котором не предполагалось объемных персонажей и сопереживания им.

О ТЕАТРАЛЬНОЙ САТИРЕ БУЛГАКОВА

— К сожалению, история вечная, ничего не меняется со времен возникновения института цензоров. Об этом еще Пушкин писал. Сатирические стрелы Булгакова направлены не только в вершителей судеб, но и на руководителей театров, драматургов, артистов, которые кидаются спасать свое дело, теряя человеческое достоинство, так что уже и не очень понятно, что и для чего они спасают.

О ПОВТОРАХ

— В данном случае я не пытаюсь усидеть на том же стуле и сделать что-то похожее, само время соединяется и отзывается в сегодняшнем дне. Для меня странно сейчас ставить, например, какие-то пьесы эпохи застоя. Если мы вспомним спектакли Мейерхольда, Таирова 1920-х гг., это всегда спектакли не просто драматические, а болезненные. Даже если это оперетта «Жирофле-Жирофля» — то сумасшедшая оперетта, не бытовая. Мне кажется, наше время — скорее время трагедии и фарса, нежели бытописания.

О ПЕРСПЕКТИВАХ ПОСТАВИТЬ НОВЫЙ МЮЗИКЛ

— Мне надо сделать перерыв. Настаиваю на том, что я не режиссер музыкального театра. Там есть свои мастера, которые этим живут. Переходить им дорогу я не собираюсь. Мне кажется, ценность того, что я делаю в музыкальном театре, именно в том, что я это делаю дозированно. Я и на Театр наций не согласился бы сразу после «Шахмат», но от «Кабаре» отказаться нельзя.

О РАБОТЕ В БОЛЬШОМ ТЕАТРЕ И ДРУГИХ НОВЫХ ПРОЕКТАХ

— Мы с Владимиром Уриным ведем переговоры об опере «Адриана Лекуврер». Если все сложится, ровно через год на исторической сцене Большого театра выйдет красивейшая, потрясающая опера Франческо Чилеа. От нее я не могу отказаться во многом из-за того, что работаю в театре, который когда-то назывался Камерным, где главной постановкой была «Адриенна Лекуврер». Думаю, что какие-то параллели с тем спектаклем я просто обязан провести.

До этого, в конце сезона, в театре «Новая опера» я должен выпустить комическую оперу Адольфа Адана. Оказывается, французский классик оставил нам не только балеты, но и оперу-буфф «Почтальон из Лонжюмо». Это совершенно новое название, но такова репертуарная политика этого театра — открытие неизвестного материала. И мне это тоже любопытно.

О ПЬЕСЕ ОСТРОВСКОГО «КРАСАВЕЦ МУЖЧИНА»

— «Красавец мужчина», может быть, не совсем совершенная пьеса, но она так изящно, так легко, так радостно написана, при том что там и сатира присутствует. Мне кажется, для наших артистов встреча с ней — абсолютное счастье. Это очень актерская пьеса: там что ни роль, то подарок. И я рад, что представители нашего среднего поколения — Владимир Жеребцов, Анна Бегунова, Анастасия Лебедева, Владимир Майзингер, Андрей Заводюк, Ирина Бякова, Анастасия Панина — так увлеченно ее репетировали. Этот спектакль поставил Данил Чащин — молодой, но уже чрезвычайно популярный режиссер.

О ПЛАНАХ

— Раньше говорили: хочешь рассмешить Бога, расскажи ему о своих планах. Я никогда не понимал смысла этой пословицы, потому что, как правило, мои планы и мечты осуществлялись. А сейчас такое время, что не хочется смешить Бога и планировать что-то на далекое будущее. До конца сезона нас ждет еще Пушкинская лаборатория: молодые режиссеры вместе с артистами начинают работать над текстами Пушкина. Предлагая режиссерам присылать заявки на постановку, мы не ограничивали их только драматическими произведениями, поэтому там будет и проза, и сказки. Владимир Киммельман начнет работу над «Сказкой о мертвой царевне и о семи богатырях». Следом за ним Филипп Гуревич будет заниматься «Графом Нулиным». А потом — Максим Иванов и Марина Ведяскина, которые выбрали для своего эскиза «Египетские ночи». Мне кажется, все это будет интересно. Мы обязательно позовем на показы зрителей — важно видеть их реакцию, чтобы понять, какой из работ дать дальнейший ход.

О ВЗАИМОДЕЙСТВИИ ТЕАТРА ИМ. ПУШКИНА СО МХАТОМ ИМ. ГОРЬКОГО

— В течение всей моей жизни в этом театре, в качестве артиста в девяностые, начинающего режиссера в начале нулевых и художественного руководителя театра начиная с 2010 г., никакого взаимодействия не было. При том что наш театр находится в дружественных отношениях с соседями — Театром на Бронной, Театром Сатиры, Моссовета, «Ленкомом». А вот с самым географически близким нам театром никакой коммуникации нет. Недаром когда-то была известная шутка, что вот стоит Театр Пушкина, а через дорогу от него — Театр Дантеса. Может быть, потому что мы стоим ровно напротив друг друга, на расстоянии выстрела, такое впечатление, что между нами какая-то дуэль.

Он большой, «имперский», с серьезными замашками, с большими бюджетами и, к сожалению, пока с не очень счастливой судьбой. Я желаю им удачи, успеха и надеюсь, что все-таки мы начнем как-то взаимодействовать. Хотя мы рядом с ними — маленький, не претендующий на размах муниципальный московский театр со своей уютной атмосферой.

(Татьяна Шестопалова, «Ведомости», 11.01.23)

16:41
11
RSS
Нет комментариев. Ваш будет первым!
Загрузка...